Электронная коллекция документов РГАЭ «Экономика революции. 1917–1920 гг. (К 100-летию революций 1917 г.)»

Промышленность революции

Промышленность революции

Второй раздел проекта посвящен теме «Промышленность революции». В него включены электронные образы документов из следующих фондов РГАЭ:

- «Правления нефтяной промышленности Производственного управления топливной промышленности ВСНХ»
- «Учреждения по руководству сланцевой,  сапропелевой и озокеритной промышленности», «Главное топливное управление (Главтоп) Наркомтяжпрома СССР»
- «Правление каменноугольной промышленности Производственного управления топливной промышленности ВСНХ»
- «Учреждения по руководству оборонной промышленностью ВСНХ СССР»,
- «Высшие советы народного хозяйства (ВСНХ) РСФСР и СССР»
- «Центральное правление и объединение спиртовой промышленности»
- «Главное управление предприятий мукомольно – крупяной промышленности (Главмука) при Отделе обработки пищевых веществ ВСНХ»
- «Учреждения по руководству сахарной промышленностью ВСНХ СССР»
- «Учреждения по руководству кожевенной промышленностью ВСНХ СССР»
- «Главное управление текстильной промышленности (Главтекстиль) ВСНХ СССР»
- «Центральный комитет швейной промышленности (Центрошвей) при ВСНХ».
 
Раздел включает 53 документа и состоит из трех тематических групп:
- топливная промышленность
- военная промышленность
- легкая и пищевая промышленность.
 
Участие царской России в Первой мировой войне и социальные потрясения 1917 г. негативно отразились на состоянии отечественной промышленности. Объем валовой продукции промышленности России в 1917 г. упал по сравнению с 1913 г. на 29%, производство предметов потребления составило в 1917 году 67,3% от довоенного[1]. Февральская революция и ликвидация самодержавия не привели к  серьезным изменениям в работе большей части фабрично - заводской промышленности России, так как Временное правительство представляло, прежде всего, интересы владельцев предприятий. Пойдя на некоторые уступки в социальной сфере (увеличение заработной платы, снижение количества рабочих часов в неделю и т.п.), Временное правительство сохраняло в целом прежний порядок организации и функционирования российской промышленности.
 
Положение осложнилось после захвата власти большевиками в октябре 1917 г. (Документы № 47, 48).  Большевики не могли сохранять старый порядок управления российской промышленности не только по причине следования собственной доктрине построения социалистического общества в России, но главным образом из-за враждебности к ним управляющего класса старой России. Для того, чтобы сохранить политическую власть в стране им надо было захватить командные высоты в экономике страны в возможно короткие сроки. В октябре – декабре 1917 года Советской властью вводится рабочий контроль на производстве,  предпринимаются попытки создания  органов управления производством на основе сотрудничества с  представителями  дореволюционного управляющего персонала (Документ № 82).  Национализируются десятки крупных предприятий. Для организации управления народным хозяйством страны декретом ВЦИК и СНК республики учреждается Высший совет народного хозяйства (ВСНХ)[2], а для регулирования экономической жизни на местах – местные совнархозы. Изначально ВСНХ и его местные органы получил широкие права по контролю над экономической жизнью страны, включая права конфискации, реквизиции, принудительного синдицирования различных отраслей промышленности и торговли.
 
Практика рабочего контроля в месяцы существования советской власти показала  его неэффективность, так как управление предприятий оставалось в руках бывших  владельцев, которые были экономически не мотивированы для честного сотрудничества с новой властью. Поэтому с весны 1918 г. основным инструментом правительства большевиков для установления своего руководства хозяйственной жизнью страны становится национализация предприятий промышленности (Документы № 49, 83, 88).
 
На первоначальном этапе процесс национализации предприятий российской промышленности носил стихийный характер. Декларируемый большевиками переход фабрик и заводов в руки рабочих вел к дальнейшему ухудшению положения дел на производстве. Вновь назначенные правления предприятий, не имевших в большинстве своем опыта в руководстве производственным процессом, не справлялись с задачами снабжения предприятия всем необходимым для его работы и обращались за помощью в государственные органы. Фактически управление предприятий переходило к государственным органам, также не имевшим необходимого опыта управления производством.  В какой-то мере данную проблему решало  вынужденное привлечение к управлению предприятиями их бывших владельцев. В то же время создавалась возможность массовых хищений и саботажа, так как бывшие владельцы в большинстве своем были настроены враждебно по отношению к новой власти. Все это приводило к дальнейшему падению производства промышленной продукции, усугубленной уроном от гражданской войны, разгоревшейся с весны 1918 г. на большей части территории бывшей Российской империи ( Документы № 53, 56, 67, 74, 80, 84, 90).  Так, в 1920 г. объем промышленной продукции по отношению к уровню 1913 г. на территории Советской России составлял лишь 13,9 %, а по производству предметов потребления – 12,3%[3].  Падению промышленного производства способствовало и  тяжелое материальное положение рабочих. Отсутствие элементарных средств к существованию приводило к росту недовольства среди рабочих,  стачкам , самовольному оставлению рабочих мест (Документы № 51, 61, 66, 68, 86, 87).
 
Необходимость привлечения всех имеющихся в распоряжении средств для отражения военной угрозы вынуждала  к ускорению темпов национализации промышленности. С середины 1918 г. советское правительство перешло к национализации целых отраслей промышленности (сахарной, нефтяной, текстильной, электротехнической и др.). По остальным отраслям промышленности ВСНХ регулярно принимались постановления со списками национализированных предприятий (Документы №  50, 55, 76).
 
В результате на территории России, контролируемой советской властью, быстрыми темпами складывалась новая экономическая система управления хозяйственной жизнью страны,  принципиально отличная от действующей на территории, контролируемой небольшевистскими  правительствами. Формирование новой системы хозяйствования происходило в условиях острой военной конфронтации. В конце 1918 – начале 1919 г.г. для советской власти складывается неблагоприятное положение на фронтах, что приводит к потере значительной части территории Советской республики. Постановлением ВЦИК от 2 сентября 1918 г. объявляется о превращении Советской республики в военный лагерь[4]. Согласно этому постановлению все граждане должны были беспрекословно выполнять те обязанности по обороне страны, какие будут на них возложены Советской властью. То есть, все население республики по – существу объявлялось мобилизованным.
 
Как ответ на вызов, связанный с необходимостью отражения военной угрозы в конце 1918 – начале 1919 г.г. складывается централизованная система управления народным хозяйством страны, получившая в литературе наименование «главкизма» (Документы №  59, 62, 63, 65,  69, 72, 85,89, 90, 96, 98). Так, если на сентябрь 1918 г. в ВСНХ было 18 главков, к концу года добавилось ещё 17, а в 1919 г. ещё 9[5]. Каждый главк представлял из себя монопольный орган по управлению той или иной отраслью промышленности. На местах каждый главк имел свои отделы и подотделы. При этом местным органам власти запрещалось вмешиваться в деятельность подчиненных соответствующему главку предприятий. Главными органами управления экономической деятельностью на местах стали губернские СНХ, также подчиненные ВСНХ[6].  
 
Таким образом, вся деятельность по руководству экономической деятельностью, включая работу промышленности, как в центре, так и на местах замыкалась на главках ВСНХ. Продолжением политики централизации управления промышленностью стало проведение в конце 1919 г. трестирования промышленности. К началу 1920 г. было создано 179 трестов, имевших в подчинении 1449 заводов и фабрик[7]. Это позволило приблизить управление к предприятиям и сконцентрировать производство на лучше оборудованных предприятиях. К концу 1919 г. было национализировано  не только большинство крупных и средних предприятий, но и значительная часть мелких предприятий. Для управления последних в структуре центрального аппарата ВСНХ было создано особое управление, которое затем было реорганизовано в отдельный главк (Главкустпром).
 
После объявления страны на осадном положении в управлении экономической жизни страны наблюдается не только её централизация, но и милитаризация (Документы № 52, 57).  Милитаризация сказывалась, прежде всего, на положении рабочего и служащего персонала предприятий, так или иначе связанных с поставками для армии, а также важнейших отраслей промышленности, таких, как топливная промышленность. В условиях чрезвычайного положения военного времени для рабочих таких предприятий действовали серьезные ограничения на возможности смены места работы, его самовольного оставления, применение принудительной переброски с одного места работы на другое.
 
Особое место занимали предприятия, производившие продукцию, необходимую для вооружения и снабжения Красной Армии, численность которой быстро возрастала. Например, только в течение 1919 г. численность Красной Армии выросла с 1,7 млн. до 4,4 млн. человек[8]. После ряда реорганизаций (Документы № 71, 73)  в июле 1919 г. декретом ВЦИК при Совете Обороны была образована должность Чрезвычайного уполномоченного СТО РККА по снабжению Красной Армии и Флота (Чусо, Чусоснабарм)[9].  При Чусоснабарме  был создан аппарат в центре и на местах, который должен был решать задачи по снабжению Красной Армии, поднятии производительности труда на военных заводах и быстроты и правильности распределения предметов снабжения как в тылу, так и на фронте.  Все ведомства и главки должны были выполнять его указания. Первым уполномоченным был назначен тогдашний  председатель ВСНХ А.И. Рыков.
 
В сентябре 1919 года при Чусоснабарме  был образован Совет военной промышленности (Промвоенсовет), который состоял из 6 отделов и 4 главков по отраслям производства военной продукции. В подчинении Чусоснабарма  находилось 59 военных заводов, еще около 130 заводов находилось под его контролем. Целью всех этих мер провозглашалось образование единого оборонно – производственного фронта Советской республики[10].
 
Система управления экономикой Советской России, сложившаяся в годы гражданской  войны,  как отмечали многие исследователи, несомненно, была несовершенной и громоздкой.  В то же время к концу Гражданской войны большинству вновь созданных большевиками  ведомств для управления отечественной промышленности удалось в целом решить вопросы по организации работы промышленности в условиях военного времени (Документы № 67, 78, 79, 95, 97, 99).  Система «главкизма», как часть экономической системы «военного коммунизма» стала важным экономическим инструментом в руках большевиков, позволившая им одержать военно - политическую победу в борьбе со своими противниками. 


[1] Фабрично-заводская промышленность в период 1913 – 1918 гг.// Труды ЦСУ. Т. XXVI. 1924. Вып..1 и 2. С. 41.
[2] Декреты Советской власти. Т. 1, 1957. С. 172 – 174.
[3] История социалистической экономики СССР. Том второй. – Издательство «Наука». М. 1976. – С. 243.
[4] Декреты Советской власти. М., 1964. Т. 3. С. 268.
[5] Протоколы Президиума ВСНХ. 1919 год. Сборник документов /Российская Академия наук; Институт российской истории: Росархив; РИО ФА./ – М., 1993. – С. 11 – 12.
[6] Там же, С. 13.
[7] Там же.
[8] Там же, С. 9.
[9] Сборник декретов и постановлений по народному хозяйству. Вып. 2. 1920. С. 742 – 743.
[10] Советское военно-промышленное производство (1918 – 1926 гг.): Сборник документов. Под редакцией В.А. Золотарева - Сост. Т.В. Сорокина и др. – М.: «Новый хронограф», 2005. – С. 13.  
 

  
№№
п/п
Содержание документа
Дата
Архивный шифр

Топливная промышленность

47.
20 января 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 30. Л. 231 – 234.
48.
20 апреля 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 32. Л. 10, 10об.
49.
28 июня 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 29. Л. 10.
50.
29 июня 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 29. Л. 11, 11об.
51.
2 июля 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 44. Л. 7, 7об.
52.
23 декабря 1918 г.
РГАЭ. Ф. 8082. Оп. 1. Д. 1. Л. 24.
53.
11 февраля 1919 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 81. Л. 23, 24.
54.
17 марта 1919 г.
РГАЭ. Ф. 660. Оп. 1. Д. 8. Л. 7, 7об., 8.
55.
23 апреля 1919 г.
РГАЭ. Ф. 8082. Оп. 1. Д. 26. Л. 1 – 5.
56.
17 июня 1920 г.
РГАЭ. Ф. 8082. Оп. 1. Д. 52. Л. 23, 24.
57.
7 июля 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 9. Л. 28, 28об., 29.
58.
19 июля 1919 г.
РГАЭ. Ф. 660. Оп. 1. Д. 18. Л. 16 – 19.
59.
29 июля 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 9. Л. 51.
60.
2 сентября 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 14г. Л. 3.
61.
 
26 сентября 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 14а. Л. 38 – 44.
62.
 
9 мая 1920 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 20а. Л. 3.
63.
24 мая 1920 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 23. Л. 158, 158об.
64.
20 июля 1920 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 22. Л. 97.
65.
Август 1920 г.
РГАЭ. Ф. 3139. Оп. 1. Д. 22. Л. 18.
66.
1920 г.
РГАЭ. Ф. 8082. Оп. 1. Д. 406. Л. 21.
67.
 
1920 г.
РГАЭ. Ф. 6880. Оп. 1. Д. 98. Л. 1 – 24.
68.
6 июля 1921 г.
РГАЭ. Ф. 8082. Оп. 1. Д. 406. Л. 20.

Военная промышленность

69.
Не ранее 14 мая 1918 г.
РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 4. Д. 220. Л. 37 – 45.
70.
12 августа 1918 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 6. Д. 200. Л. 8 – 10.
71.
19 августа 1918 г.
РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 4. Д. 224. Л. 211, 211об.
72.
Сентябрь 1918 г.
РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 4. Д. 220. Л. 1 – 3.
73.
31 октября 1918 г.
РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 4. Д. 250. Л. 23.
74.
4 ноября 1918 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 6. Д. 266. Л. 17, 17об.
75.
2 января 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 4. Д. 250. Л. 86.
76.
11 января 1919 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 7. Д. 55. Л. 9, 9об.
77.
Не ранее 9 марта 1919 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 6. Д. 1. Л. 5, 5об.
78.
27 сентября 1919 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 7. Д. 29. Л. 32, 33.
79.
7 октября 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 4. Д. 323. Л. 82 – 89.
80.
16 марта 1920 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 3. Д. 175. Л. 235, 235об.
81.
20 марта 1920 г.
РГАЭ. Ф. 2097. Оп. 3. Д. 175. Л. 273, 273об.

Легкая и пищевая промышленность

82.
10 января 1918 г.
РГАЭ. Ф. 3195. Оп. 1. Д. 41. Л. 11, 12.
83.
10 мая 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6967. Оп. 1. Д. 1. Л. 15.
84.
8 сентября 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6967. Оп. 7. Д. 2. Л. 1, 3, 4.
85.
25 октября 1918 г.
РГАЭ. Ф. 3195. Оп. 1. Д. 78. Л. 9.
86.
19 декабря 1918 г.
РГАЭ. Ф. 6967. Оп. 1. Д. 7. Л. 19.
87.
15 января 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3338. Оп. 1. Д. 1. Л. 106 – 112.
88.
19 июля 1919 г.
РГАЭ. Ф. 5137. Оп. 1. Д. 37.
89.
13 августа 1919 г.
РГАЭ. Ф. 5137. Оп. 1. Д. 3.
90.
30 сентября 1919 г.
РГАЭ. Ф. 733. Оп. 1. Д. 33. Л. 33, 33об.
91.
6 октября 1919 г.
РГАЭ. Ф. 6934. Оп. 1. Д. 5. Л. 31, 31об.
92.
30 декабря 1919 г.
РГАЭ. Ф. 3195. Оп. 1. Д. 110. Л. 28, 28об.
93.
1919 г.
РГАЭ. Ф. 3195. Оп. 1. Д. 33. Л. 21.
94.
16 января 1920 г.
РГАЭ. Ф. 6934. Оп. 1. Д. 5. Л. 8.
95.
10 августа 1920 г.
РГАЭ. Ф. 5137. Оп. 1. Д. 94.
96.
14 октября 1920 г.
РГАЭ. Ф. 3195. Оп. 1. Д. 33. Л. 68, 69.
97.
1920 г.
РГАЭ. Ф. 733. Оп. 1. Д. 6. Л. 1 – 11.
98.
10 февраля 1921 г.
РГАЭ. Ф. 3195. Оп. 1. Д. 33. Л. 66, 66об.
99.
1921 г.
РГАЭ. Ф. 3338. Оп. 1. Д. 20. Л. 1 – 25.

© Российский государственный архив экономики, 2013 - 2017
Использование материалов сайта допускается только после письменного согласия его администрации.
При использовании материалов сайта указание источника и активной гиперссылки на сайт - обязательно!