У Арктики в плену: Б.А. Кремер

«Рыцарем Арктики» называли Бориса Александровича Кремера (1908–1976) его друзья и знакомые. Беззаветную преданность и любовь к суровому северному краю он пронес через всю свою жизнь.

Б.А. Кремер был потомственным интеллигентом, библиофилом и романтиком. Его дед Яков Иванович (Жан Жак) Кремер, преподаватель философии, приехал в Россию из Люксембурга в 1861 г., женился на русской девушке. Отец преподавал математику, физику, метеорологию.

В 16 лет Борис потерял родителей. Вот почему, окончив семь классов, он начал трудовую жизнь на шахте. Переехав в Москву к старшему брату, физически сильный парень не гнушался никакой работы, а через несколько лет устроился в Метеорологическую обсерваторию.

В 1935 г. будущий Герой Советского Союза Эрнст Кренкель пригласил молодого метеоролога стать одним из организаторов полярной станции «Мыс Оловянный» (м. Оловянный) – второй подобной станции на Северной Земле. Вот как Б.А. Кремер вспоминал свою первую экспедицию в Арктику: «Работать было интересно. Ведь каждое наблюдение поднимало «целину»… Трудно передать волнующее, ни с чем не сравнимое чувство от сознания того, что ты идешь по местам, где раньше не ступала нога человека». Особое восприятие Арктики присутствует во многих его публикациях, статьях и заметках, которые сохранились в его личном фонде в Российском государственном архиве экономики.

Сказочная природа Северной Земли навсегда пленила Б.А. Кремера. О мысе Оловянный он написал следующее: «Редко, но все же выдавались дни с тихой, ясной морозной погодой. На небе светились мириады звезд, волшебной феерией разливалось непередаваемой красоты полярное сияние, в лунном свете играли, сверкали отдаленные ледниковые купола. После неумолчного шума и свиста пурги с особой остротой воспринималась глубокая тишина».

С 1 апреля 1936 г. Кремер остается на станции м. Оловянный вдвоем с радистом А.А. Голубевым: «Скучать было некогда, – вспоминал полярник – приходилось вдвоем выполнять работу, рассчитанную на четверых». Именно тогда он впервые возглавил экспедицию. Вовремя покинуть станцию им не удалось. Капитан прибывшего за полярниками легендарного ледокольного парохода «Александр Сибиряков» (в 1932 г. он впервые преодолел Северный морской путь за одну навигацию) радировал: «Кругом тяжелые льды и никакого прохода. Ждите». Ждать пришлось три месяца. Но и в начале октября капитан уже другого ледокола «Ермак» (первый в мире ледокол арктического класса) прислал радиограмму: «Дорогие товарищи! Ввиду позднего времени и необходимости вывода изо льдов «Сибирякова» идти к вам не решаюсь. Желаю счастливой зимовки. Уверен, что вы с честью выдержите выпавшее на вашу долю испытание».

Таких экстремальных эпизодов в биографии Кремера будет еще не мало. Но это была первая зимовка и первое серьезное испытание для молодого начинающего исследователя Арктики. И впервые только вдвоем начальник станции, метеоролог Б.А. Кремер и радист А.А. Голубев встретили долгую полярную ночь на одной из самых отдаленных и суровых полярных станций.

Имя Кремера появляется в центральной прессе – 21 июня 1941 г. в последнем довоенном выпуске газеты «Правды» опубликована статья «Полярная вахта за 81-й параллелью». Корреспондент по радиосвязи расспросил начальника полярной станции Бориса Кремера о работе на мысе Молотова (ныне Арктический) – самой северной точке одного из самых северных островов архипелага Северная Земля. Статья была снабжена фотографией троих полярников с собакой на фоне доставившего их гидросамолета.

Б.А. Кремер красочно описал, как в самых неблагоприятных погодных условиях они обустроили станцию. В 12-метровой комнате «разместились радиостанция, научный уголок, в два этажа койки, столовая, кухонный угол и даже книжная полка. …Раз в пятидневку делаем ледовую съемку моря по большой программе.

На лыжах ходим на ледник (расстояние – около 20 километров), с которого открывается большой горизонт» (на Ледовитый океан, море Лаптевых и Карское море). Ответил он и на вопрос о своих коллегах: «Двое моих товарищей – испытанные полярники. Все мы, увлечены работой по освоению нового ответственного участка трассы Северного морского пути. Радиотехник Скворцов и я освоили вторые профессии в пределах, позволяющих нам уверенно заменять друг друга на дежурстве. Благодаря этому каждый из нас может надолго отлучаться со станции для маршрутных работ…. Механик Карпов начал изучать азбуку Морзе». Вместо нескольких месяцев участникам экспедиции пришлось провести в Арктике две долгих зимовки.

Начало войны круто изменило жизнь, Арктика стала зоной не только прохода конвоев союзников, но и боевых действий. Здесь появились немецкие корабли и подводные лодки. 15 октября 1941 г. руководитель Главного управления Северного морского пути (Главсевморпути), легендарный И.Д. Папанин, назначается уполномоченным Государственного комитета обороны СССР и руководителем специального штаба. Одна из его главных задач: для обеспечения бесперебойной работы военного и транспортного флотов оперативно добывать информацию о погодных и ледовых условиях в акватории Северного Ледовитого океана. Была у них и еще одна специальная задача, о которой Кремер узнал через много лет после окончания Великой Отечественной войны.

С 15 сентября 1941 г. Б.А. Кремер уже на острове Домашний. Расконсервированная полярная станция обеспечивала метеорологическими сводками безопасность советских летчиков. Борис Александрович ежечасно давал сводки погоды, иногда проводя несколько дней подряд без сна и отдыха. В течение двух лет полярники были отрезаны от Большой Земли. Они страдали от нехватки продуктов и предметов первой необходимости. Продукты, оборудование и горючее, хранившиеся на станции, были рассчитаны лишь до лета 1942 г. Забрать полярников и доставить сменщиков должен был все тот же ледокол «Александр Сибиряков». Но 25 августа 1942 г. он был потоплен в Карском море немецким тяжелым крейсером «Адмирал Шеер».

Полярники остались без продовольствия. Неудачей окончилась попытка доставить его с воздуха. Летчик не сумел совершить посадку в сложных погодных условиях. Выброшенный на берег контейнер с продуктами разбился о камни. Борису Кремеру и его товарищам предстояло провести зимовку, практически не имея запасов продуктов. Полярники промышляли случайной охотой. Но это мало помогало спастись от цинги.

Весной 1943 г. цинга была у всех. 3 марта умер механик И.И. Шенцов. Двое оставшихся полярников продолжали нести вахту. Метеосводки в светлое время суток требовалось передавать каждый час. Как потом выяснилось – чаще всего это была дезинформация для противника. Много лет спустя начальник штаба морских операций Западного района Арктики рассказал Кремеру: «Мы делали это преднамеренно. Давали приказ по всем станциям вести ежечасные наблюдения и выходить в эфир, чтобы немцы, следившие за нашими радиопереговорами, думали, будто в воздухе наша авиация, и не совались сюда!»

Но именно 30 месяцев пребывания на острове Домашний стали пиком бескорыстного служения Бориса Кремера Арктике. Борис Александрович в 1938 и 1942 гг. был награжден двумя орденами «Знак Почета», в 1945 г. – медалью «За оборону Советского Заполярья».

После возвращения Б.А. Кремера в Москву в 1950 г. возникла курьезная ситуация. Его не могли взять на руководящую должность – оказалось, что у 42-летнего полярника нет документа о среднем образовании. Пришлось срочно поступать в вечернюю школу, а затем учиться на географическом факультете МГУ, где он блестяще защитил дипломную работу о Земле Франца-Иосифа. С 1963 г. Кремер возглавлял отдел полярных станций Главсевморпути, а в 1968-м вышел на пенсию. Позднее им было опубликовано более 80 научных работ.

Заслуженная оценка достижений и заслуг Б.А. Кремера в освоении Арктики отражена в ходатайствах о назначении ему персональной пенсии. Дважды Герой Советского Союза И.Д. Папанин и бывший начальник Политуправления Главсевморпути В.Л. Новиков подчеркивали, что «Б.А. Кремер находился много лет в авангарде советских полярников, руководя самыми отдаленными и труднодоступными островными и береговыми полярными станциями». Э.Т. Кренкель, называя себя «крестным отцом» полярника, отмечал: «человеческие и гражданские качества т. Кремера, его работоспособность, умение обращаться с людьми позволили ему … стать крупным работником и специалистом по Арктике».

13 января 1976 г. Б.А. Кремера не стало, а в августе почетный полярник Кремер совершил свое последнее путешествие на Северную Землю и остался там навсегда.

Сегодня Арктика стала новой ареной соперничества ведущих стран мира и Европы. Поэтому не только экономическое и социальное развитие Арктики и защита интересов России в регионе, но и новое прочтение истории ее освоения обретают актуальное звучание.

М.М. Альтман, к.и.н., Отдел НИР и маркетинга РГАЭ